мы в дзене
Почему создателям военной драмы не пришлось «жестить» и как они справлялись с задачами на прифронтовой территории — рассказала режиссер и сценарист Алиса Курганская.
Насколько для вас лично было важно снять фильм о Донбассе?
Я родилась и выросла в Луганске и в детстве сама на себе испытала разрушительную силу информационной войны. К сожалению, она шла всегда и ни на минуту не прекращалась, даже в СССР. Была такая операция ЦРУ - «Аэродинамик», целью которой было превратить Украину в «Антироссию». К сожалению, эта операция оказалась успешной. Она осуществлялась в том числе через внедрение агентов в образовательную, воспитательную и медиасферы, через постоянное и почти незаметное воздействие на сознание людей, особенно детей.
Именно это коснулось и меня. Мы с друзьями тогда повторяли популярные сегодня на Украине фразы-кричалки, известные уже во всём мире. Мы не особенно задумывались об их смысле, и почему-то испытывали неприязнь к русским. А когда я узнала, что сама русская, для меня это стало большим ударом.
Позже, «выздоровев», я поняла, откуда взялась эта ненависть и зачем нам её внушали. Говорят, лучше учиться на чужих ошибках. И я решила, что мой собственный опыт может стать уроком для наших детей.
Именно поэтому возник этот фильм. И именно поэтому мы настояли на возрастной категории 12+. Если сегодня мы не будем говорить с детьми о нашей истории, о том, что происходит и почему, завтра за нас это сделают другие, с противоположными взглядами на правду. Наши дети живут в условиях непрекращающейся информационной войны, которая ведётся изощрённо, умно, с учётом возрастной психологии. Мы просто обязаны в ней победить, если хотим сохранить свою страну и свою идентичность.
«Свинцовые небеса» позиционируются как первый фильм о событиях на Донбассе, созданный специально для подростковой и семейной аудитории. За счет чего удалось соблюсти баланс – показать суровую правду и сделать картину доступной для семейного просмотра?
Не могу сказать, что найти этот баланс было особенно трудно. Да, иногда хотелось показать происходящее гораздо жёстче, многое приходилось смягчать, потому что есть вещи, которые даже взрослому человеку тяжело видеть и слышать. Здесь мне очень помогло психолого-педагогическое образование. Конечно, восприятие у каждого человека индивидуально, но существуют и общие возрастные особенности, которые необходимо учитывать.
Насколько я знаю, вы являетесь фронтовым волонтером. Стали ли реальные истории, которые вы видели, основой для каких-то конкретных сцен или диалогов в фильме?
Изначально, в 2022 году я ездила на прифронтовую территорию как боец информационного фронта. И потом уже включилась в волонтёрскую деятельность.
Очень многие диалоги я практически дословно перенесла в фильм. Например, разговор матери и сына, у которых совершенно разные взгляды на происходящее. Вообще, таких разговоров и жизненных подробностей в картине очень много – практически от начала до конца.
Почему именно боксер стал центральной фигурой?
Написать сценарий о мирных людях, запертых укронацистами в православном храме, принадлежала Михаилу Пальянову, директору одной из московских кинокомпаний. Именно он спросил меня, знаю ли я об этой реальной истории. Оказалось, что с некоторыми людьми, прошедшими те страшные испытания и оставшимися в живых, меня разделяет буквально одно рукопожатие.
Историю чемпиона по боксу я придумала, но мы знаем не только боксёров, но и других известных спортсменов, отправившихся в зону боевых действий.
Бокс – гораздо более интеллектуальный вид спорта, чем принято думать. Здесь нужны не только сила и реакция, но и умение просчитывать действия соперника, дисциплина, способность мгновенно принимать решения. Среди боксёров немало образованных, интеллигентных людей.
Мне было интересно поставить такого героя в обстоятельства, где его привычные представления о победе и правилах перестают работать.
Часть съемок проходила непосредственно на Донбассе. С какими производственными и эмоциональными сложностями столкнулась съемочная группа на реальной прифронтовой территории?
Я очень хотела снять на Донбассе весь фильм. Нам уже нашли основную локацию, церковь, село, где местные жители готовы были принять киношников. Но, всё таки, мы взвесили, насколько это опасно. В мой адрес ранее поступали угрозы со стороны наших противников, и я не могла позволить себе рисковать жизнями членов съёмочной группы. Поэтому от идеи снимать там всю картину пришлось отказаться.
Но часть съёмок всё-таки проходила на Донбассе. В них участвовали действующие бойцы, штурмовики, волонтёры. Сотрудники военной контрразведки нам обеспечили безопасность на территории, близкой к передовой.
Что касается сложностей, то они были даже в элементарных бытовых вещах. Даже, прошу прощения, отойти в туалет в прифронтовых зонах можно только туда, где мы точно знали, что разминировано.
Однажды рядом с нами шёл бой, и на нашей радиочастоте неожиданно появились переговоры противника.
Да, было опасно. Но мы стали первой съёмочной группой, которую допустили на эту территорию. Всё у нас прошло отлично. И мы благодарны бойцам и контрразведчикам за обеспечение нашей безопасности.
В съемках картины принимали участие не только профессиональные актеры, но и реальные участники СВО. Помогали ли военные корректировать сценарий прямо во время съемок ради достоверности?
Да, благодаря им в фильме появились сцены, которых первоначально не было. Я старалась использовать всё, что подсказывала сама жизнь.
Конечно, нам порой не хватало каких-то настоящих военных атрибутов, даже списанных. Но на презентации фильма в Кемерове к нам подошли бойцы и сказали: «Верим!»
Для меня это была огромная радость. Значит, нам удалось передать главное. Когда история захватывает и ей веришь, некоторые технические мелочи уже отходят на второй план.
Расскажите, как проходил кастинг?
Главную роль я изначально писала для одного известного российского актёра. Но он оказался надолго занят в другом проекте и не смог принять участие в съёмках.
И вот тут начались поиски, пока мы не нашли Григория Некрасова.
Для меня было важно, чтобы актёр действительно занимался боксом или другими единоборствами, чтобы у него был поставлен удар. Гриша – трёхкратный чемпион России по смешанным единоборствам, обладатель чёрного пояса по карате. И, кроме этого, он очень тонкий и очень точный актёр. Он не экономит ни время, ни собственные силы и нервы на подготовку к роли. И это окупается в итоге.
Какую главную мысль или эмоцию вы бы хотели, чтобы зритель вынес из кинотеатра после просмотра фильма «Свинцовые небеса»?
К моей большой радости, я уже вижу результат после закрытых показов. Причём фильм продолжает работать и спустя год. Люди вспоминают отдельные сцены, возвращаются к ним, переосмысливают. Для меня это высшая похвала.
Я называю «Свинцовые небеса» своеобразной мультивакциной, которая работает сразу в нескольких направлениях. В картине заложено много важных тем, и каждая из них должна по-своему прорасти в человеке.
Иногда проходит немало времени, человек что-то слышит, видит, переживает – и вдруг какая-то ассоциация возвращает его к истории из нашего фильма. Вот это и есть результат, ради которого я снимаю кино.
Фото: Алиса Курганская