19 марта фильм Павла Лунгина «Остров» вновь выходит в кинопрокат – через два десятилетия после своей премьеры. И хотя он в свое время впечатлил многих критиков, для большинства отечественных зрителей эта душевная религиозная драма остается загадочной и недооцененной. TV Mag подробно объясняет, почему стоит увидеть или пересмотреть эту картину именно сейчас.

20 ЛЕТ СПУСТЯ

Несмотря ни на какой кризис идей, подобное по-прежнему встречается очень редко. Прежде всего навскидку вспоминаются наш «Брат» и голливудский «Титаник», которые хором появились на свет в далеком 1997-ом, чтобы поменять представление о кино на разных уровнях. И да, каждый из них выходил в повторный прокат: вначале главный фильм-катастрофа в истории вернулся в кинозалы в «причесанном» виде в 2012-ом, чтобы почтить вековой юбилей трагедии во льдах. В свою очередь наша великая криминальная драма о девяностых пришла добрать аудиторию с интервалом в десять лет – в 2022-ом. Теперь же настал черед широко напомнить о себе и «Острову» – еще одному глубоко отечественному фильму, который сможет понять и принять житель почти любой страны мира.

Возвращение самой глубоко душевной картины Павла Лунгина на большие экраны, как несложно догадаться, приурочено к 20-летию фильма. Это миру и стране «Остров» был впервые показан осенью 2006-го, а снят и смонтирован он куда раньше – как раз примерно в начале того же года. И конечно, ни один фильм не выходит обратно к публике в случайно выбранное время, он появляется в момент, когда может ответить на какие-то актуальные вопросы. Если «Титаник» заново стартовал под ожидаемый конец света, то «Брат» зашел в современный прокат в один из тяжелейших мгновений для страны, когда каждому пришлось приготовиться к противостоянию со злобой и нечистью. Та же история и с духовно-поисковой драмой одного из главных режиссеров России 1990-2000-х. Она выглянула с почетной архивной полки именно в тот период, когда вся людская вселенная стала остро нуждаться в поиске внутреннего и внешнего примирения душ, а также пробуждении лучших качеств после трудных решений и тяжелых поступков.

УДАЛЕННЫЙ, НО НЕ ЗАТЕРЯННЫЙ

Нельзя сказать, что «Остров» живет в двух временах, как, скажем, «Мастер и Маргарита», но все равно заставляет постоянно оборачиваться на прошлое. Эта история произошла ровно полвека назад от сего времени – в 1976 году. То время наш герой встретил как пожилой монах по имени Анатолий, который живет на острове посреди самых северных широт нашей страны. К нему часто приезжают страждущие, которые не знают, как решить проблему жизни и смерти: почти всегда речь идет о спасении самых близких, которыми просящие о помощи дорожат более, чем самими собой. И отец Анатолий вовсе не представляется целителем: просто он всегда видит правду в каждом и зачастую фиксирует будущее наперед, а в нужное мгновение может направить помыслы людей по самому верному пути – то есть к Богу. Изгнание из тел болезней, злых бесов, тяжких сомнений и застарелой боли просто следствие молитвы и правильного состояния духа. И чем чаще он помогает в безнадежных ситуациях, тем больше несчастных приезжают к нему в монастырь на удаленный остров в холодном краю.

Сам священнослужитель своей ролью вовсе не гордится, а больше ощущает тяготу от собственных способностей. Анатолий признается, что грехи прошлого «жгут» его и не отпускают даже спустя десятилетия. Даже на фоне других монахов он кажется запредельным аскетом-одиночкой: живет в кочегарке, спит прямо на угле, молится обычно у себя в келье, да еще и отворачивается куда-то в сторону во время богослужения. Он не церемонится не только с приезжающими к нему страдальцами, но и с собственными братьями по вере. То и дело проказник, как зовет его настоятель монастыря Филарет, пытается искоренить в них тягу к отдельным грехам – например, сутяжной зависти или жадности, припрятанной в любви к мягким сапогам. Но раз за разом он возвращается на 34 года назад – в жуткий миг на второй год Великой Отечественной войны, когда страх и обстоятельства заставили его совершить ужасный грех. Однако вера Анатолия столь сильна, что способна сотворить чудо не только для ближнего и дальнего, но и для себя самого.

МАСТЕР ХРУПКИХ ГЕРОЕВ

Довольно сложно за более чем 35 лет карьеры Павла Семеновича Лунгина выделить конкретный поджанр снимаемого им кино. И все же формулировка «драмы о хрупких душах сильных людей» будет, пожалуй, наиболее приближена к стандарту потомственного московского кинотворца. Это начинается в его первой же ленте – творческо-пролетарской драме «Такси-блюз» о случайной и напряженной дружбе музыканта-раздолбая с ударником водительского труда. Потом поражает «Луна-Парк», где в начале беспредельных девяностых мощнейший парень Андрей из банды радикалов-чистильщиков воюет с евреями и всем западным, но ломается, узнав, что его настоящий отец – композитор иудейских кровей. Все повторяется и в «Линии жизни», и в «Свадьбе», и даже в «Олигархе», где крепкий богач Платон, вовремя наторговавший «вениками», все равно оказывается слаб, когда злодеи и предатели покушаются на его любимых друзей.

Большинство героев Павла Лунгина в течение долгих лет или важных дней-недель пытаются заглянуть в свои же души и найти силы простить себя. И это в значительной степени раскрывается не только в ранних, но и в поздних фильмах мэтра – например, в преисполненном муками «Дирижере», шизофренической сестре заморского «Черного лебедя» «Даме Пик» и даже противоречивом надрывно-военном «Братстве». Но почти в любой его известной работе четко понятны смысл и мотивация заглавных персонажей – личный успех, бегство от прошлого, победа в не всегда понятной, но важной битве. Но «Остров» все же неспроста называют самой загадочной картиной Лунгина, ведь здесь устремления главного героя куда менее ярко выражены. И как бы ни ворчал отец Анатолий, как бы ни бесил своих сотоварищей по церковному делу, какими бы методами ни пытался дисциплинировать приходящих к нему мирян, за всеми внешними проявлениями его поступков все равно стоит она – настоящая вера в свет. Она постоянно воплощается в стремлении улучшить жизни других, не имея надежды что-то исправить в своей. А столь подлинное верование и есть настоящее таинство.

ОТРЕШЕННЫЙ ГЕНИЙ

У Павла Лунгина, как и всех больших режиссеров, есть перечень любимых исполнителей. Но связь с Петром Мамоновым – дело особенное, ведь фактически 36 лет назад они взаимно открыли друг друга миру. Первый в том далеком 1990-ом снял свой дебютный фильм «Такси-блюз», а второй почти в 40 лет сыграл в нем дебютную главную роль, изобразив шальную версию себя – музыканта-нарцисса, не ведающего цены своим поступкам. Но спустя 16 лет и смену сразу двух больших эпох он позвал его на совсем новую роль. Не будет ложью признать, что именно в этот раз артист вложил в образ буквально всю душу,  прожив роль перед камерой. А уж в довершение всего, стоит вспомнить, что когда-то он по молодости успел поработать настоящим кочегаром: и этот опыт тоже не прошел даром. Вот как режиссер описывал в интервью «Московскому комсомольцу» их повторное сотрудничество: «Мамонова я "увидел" сразу. С Петей знаком много лет, видел все его театральные моноспектакли, знаю, какой путь он прошел. Понимаете, в нем всегда была юродивость. Мамонов не столько отца Анатолия играл, сколько себя. Когда мы снимали молитву, это был крайне интимный момент. Это не игра была – Петр молился так, как молится ежедневно. Ничего подобного в кинематографе мне видеть до сих пор не приходилось».

Не секрет, что когда-то в середине 1990-х Мамонов столкнулся с глубочайшим личным кризисом после окончания жизни его группы «Звуки Му». Спасти его из депрессивного оврага смогло лишь погружение в православие, которое он по-настоящему обрел, когда стал немного отшельником – почти как отец Анатолий. Тогда у него открылось второе дыхание как на музыкальном, так и на актерском поприще, что материализовалось в сотрудничестве не только с Лунгиным, но и с Сергеем Лобаном. Задолго до того, как воплотить самодовольного режиссера в его нашумевшем «Шапито-шоу», Мамонов сыграл роль профессора Пушкаря в фильме «Пыль» – самом недооцененном отечественном арт-хаусе начала века. Здесь, как и во всех самых ярких работах Петра Николаевича, по-своему прослеживалась религиозная тема. Его Пушкарь в картине «Пыль» представал неким проводником для несчастного дурачка в потусторонний мир грез. В фильме «Такси-блюз» его Леха Сильвестров и вовсе орал: «Я – гений, с Богом разговариваю!», а в «Шапито» он был уже отцом-создателем, вдруг снизошедшим до забитого сына словно с небес. Завершением трилогии «Лунгин-Мамонов» стал фильм «Царь», где его Иван Грозный открыто ставил себя выше Бога, хотя и пытался прийти к подлинной вере. Но настоящим собой Петр Мамонов был только в проекте «Остров».

КРАСКИ РУССКОЙ СВЯТОСТИ

Конечно, не стоит обесценивать вклад в самый душевный фильм Павла Лунгина заслугой лишь одного прекрасного актера. Здесь отменно было подобрано соцветие потрясающих исполнителей, почти каждый из которых смог вложить свою порцию наивности и отчаяния. Тут и чудный женский ансамбль во главе с Ниной Усатовой, дополненный работами Ольги Демидовой, Яны Есипович и Виктории Исаковой: надрыв каждой перед лицом невозможного пробирает поистине глубоко. Прекрасно в дуэте сработали Дмитрий Дюжев и Виктор Сухоруков, которые до боли сердятся на Анатолия, но не перестают отчаянно любить его на всю мощь своих сердец. Да и Юрий Кузнецов своим судьбоносным появлением не позволяет нашим векам остаться сухими.

Особую отдельную роль, как и в любом атмосферном кино, играет идеально подобранное чудное место, которое не поворачивается назвать просто локацией. Режиссеру и его товарищам пришлось поездить по всему нашему Северу, чтобы посреди бесконечных прохладных просторов Карелии, Псковщины, побережья Онеги и Мурманской области отыскать нужный пункт. Им внезапно оказался небольшой карельский поселок Рабочеостровск, который, по словам Лунгина, был «надышан первой русской святостью и монастырями». Здесь съемочная бригада перестроила барак в церковь и собрала из старых бревен кельи, а также соорудила из навигационной башни колокольню. Поистине потрясающий труд в одной из последних картин своей жизни проделал оператор Андрей Жегалов, «нарисовавший» этот магический остров таким душевным. Но главное – на два месяца вся творческая группа поселилась в небольшом отеле на берегу Белого моря и по-настоящему прониклась местностью. И, что особенно важно, по завершении съемок буквально все участники процесса ощутили огромное удовлетворение от работы, которая явно превзошла изначальные ожидания.

ПРАВО НА ЧУДО

В продолжении предыдущей темы можно было бы долго перечислять и маленькие чудеса, которые происходили во время съемок, например державшаяся без мороза северная погода или пошедший как по заказу вовремя снег. Но главное чудо – это все же убедительно переданное убеждение в том, почему стоит жить достойно, невзирая на все вольные и невольные прегрешения. Можно жить с болью за содеянное, не надеясь когда-либо реабилитироваться, но все равно приносить людям столько пользы, чтобы мир становился куда светлее. Можно ругаться и спорить, но все равно одаривать теплом и любовью ближнего своего. Можно потерять всякую надежду, но тем не менее бороться за свою кровинку до последнего, и тогда, быть может, Всевышний уберет с твоей дороги самое страшное и скверное.

Сейчас мы часто вспоминаем знаменитые слова патриарха Алексия II: выше справедливости может быть лишь прощение. И, пожалуй, именно в этом суть любой подлинной религии – в шансе на прощение себя, близкого или родного, недруга или соратника, а то и попросту оступившегося человека. Что бы ни было, протяни руку, осознай ошибки, прими и пойми. В течение всего действа картина «Остров» раз за разом повторяет: страшно не согрешить – страшно ничего не понять. Отец Анатолий давно понял все и про всех, но ему понадобилась целая жизнь, чтобы осознать главное о своем бытии. Шанс найти ответы на главные вопросы в своей судьбе и есть право на то самое чудо, к которому стремится каждый из нас.

Фото: кинопрокатная компания K24